Оставить заявку на экскурсию
news

Юлиан Леопольд Охорович

Юные годы

Юлиан родился 23 февраля 1850 года в городе Радзымин, неподалеку от Варшавы, в семье инспектора Института учителей начальных классов Юлиана Охоровича и педагога Александринско-Мариинского института воспитания девиц Ядвиги Терезы, урожденной Суминской. Отец его умер в 1855 году, когда сын был совсем маленьким. В возрасте 9 лет Юлиан пошел в 3 Мужскую гимназию в Варшаве, но, когда он был в 4-м классе, то репрессировали поляков, участвующих в восстании 1863 года или сочувствующих ему, и его с матерью выслали в Люблин.

В школьные годы Юлиан повстречал Александра Гловацкого, впоследствии известного польского писателя, творившего под псевдонимом Болеслава Пруса. Вместе со своими товарищами они проводили поэтические вечера, научные опыты и даже спиритические сеансы. Свои кружки они называли «партией идеалистов» или «партией трезвых».

В июне 1866 года Юлиан закончил гимназию и поступил в Варшавскую главную школу (в 1869 году она стала Варшавским университетом) на историко-философский факультет. В первый же год он перевелся на естественно-научное отделение физико-математического факультета. Еще в начале своей научной карьеры Юлиан устремился к изучению психологии. На конкурсе студенческих работ сочинение Охоровича «Как нужно исследовать душу» удостоилось серебряной медали. Такое решение жюри приняло благодаря позиции философа Генриха Струве (Henryk Struve), который был восхищен полетом мысли Юлиана, ведь Охорович предлагал рассматривать психологию как дисциплину, независимую от философии. А это полностью соответствовало взглядам Струве, согласно которым, все в этом мире гармонично и предопределено, лишь только человек мечется изнутри и находится в разладе с окружающим миром.

В студенческие годы Юлиан пробовал себя в литературе: писал стихи, участвовал в полемике юных позитивистов с романтиками ушедшей эпохи на страницах газеты «Еженедельный обзор». В том же издании публиковал свои работы Александр Свентоховский, польский писатель и признанный идеолог «Варшавского позитивизма». Он заметил талант Охоровича, а его стихотворение «Вперед!» назвал позитивистской одой для молодежи и студентов.

В «Газете Польской» Юлиан опубликовал одну из своих первых научных работ - «Магнетизм». Но надо учесть, что в те годы под магнетизмом подразумевалось не только электромагнитное взаимодействие, но и возможности магнетизеров влиять на своих подопытных путем т.н. «животного магнетизма». В некоторых случаях речь шла о медицинском гипнозе, ну а в некоторых случаях «животным магнетизмом» называли свои опыты шарлатаны, которые стремились обмануть доверчивую публику.


Магнетизер.jpg

Магнетизер и пациент (карикатура XVIII века)


Научная карьера

В 1872 году Юлиан защитил дипломную работу, посвященную размерам человеческого черепа и мозга у первобытных и современных людей, и стал кандидатом наук Варшавского университета. В том же году он опубликовал свое «Введение и обзор философии позитивизма» (Wstęp i pogląd ogólny na filozofię pozytywną). Сразу же после окончания учебы Юлиан вместе со своими друзьями Сенкевичем, Прусом и Хмелевским стали издавать журнал «Нива» (Niwa) и «Домовой» (Opiekun Domowy).

В Лейпцигском университете Юлиан учился под руководством великих ученых, таких как Мориц Вильгельм Дробиш, Вильгельм Вундт и Густав Теодор Фехнер. В Лейпциге Юлиан защитил диссертацию «О состояниях сознания» (O warunkach świadomości), и получил степень доктора философских наук.

В 1875 году Юлиан стал доцентом философии и психологии Львовского университета имени Яна Казимира (ныне имени Ивана Франко). В 1876-м вышла его книга «Из дневника психолога: комментарии и наблюдения за 10 лет» (Z dziennika psychologa: wrażenia, uwagi i spostrzeżenia w ciągu dziesięciu lat spisane).

Как видим, сам Юлиан Охорович считал себя психологом, но никакие области познаний ему были не чужды. Опыты с электричеством и магнетизмом у него прекрасно сочетались с психологическими опытами и гипнотическими сеансами, а также он исследовал влияние магнитного поля и электричества на работу человеческого мозга. В ходе своей научной работы Юлиан познакомился с сотрудником Львовской политехнической школы (Politechnika Lwowska, ныне Национальный университет «Львовская политехника») Бруно Абакановичем.

В 1876-1877 гг. научное сообщество было взбудоражено изобретением Александра Белла, многие люди стали разговаривать по телефону, а лучшие умы человечества стали искать способы передачи информации. Юлиан тоже читал об опытах в телефонии и телеграфии, и стал размышлять о передаче зрительных образов. В 1878 году на страницах журнала «Космос» он опубликовал статью ««О возможности построения устройства для передачи оптических изображений на любые расстояния» (O możności zbudowania przyrządu do przesyłania obrazów optycznych na dowolną odległość), в котором поставил проблему преобразования световых лучей в электрические токи и обратного преобразования токов в световые лучи, и таким образом предвосхитил появление телевидения.

Еще во Львове Охорович писал научные статьи о животном магнетизме, о микрофоне, был секретарем Польского товарищества естествоиспытателей имени Коперника (Polskie Towarzystwo Przyrodników im. Kopernika), вице-президентом Львовского литературного общества (Koło Literacko-Artystyczne we Lwowie), ходил на заседания общества Галицких врачей (Towarzystwo Lekarzy Galicyjskich).

Смелые идеи и опыты Юлиана Охоровича пришлись не ко двору, ко всему прочему, они не оплачивались. Он был приват-доцентом без фиксированной оплаты. В 1882 году Юлиан решил продолжить свои занятия в Париже. Попытки получить финансирование на эту поездку провалились, так как его занятия гипнотизмом не понравились коллегам, и пришлось Юлиану ехать за свой счет.


Гипнотизм

В Париже Юлиан занялся гипнотерапией и психологией в больнице Сальпетриер, там он проводил сеансы гипноза и работал с истеричными пациентами. В ходе своих работ Юлиан пришел к выводу, что гипнотическое состояние является ни патологией, ни внушением, но аномальным состоянием человеческого разума. Для работы с подопытными для гипнотических сеансов он соорудил гипноскоп, который должен был определять, насколько внушаемым и гипнабельным был его пациент. Это устройство, как правило, состояло из подковообразных магнитов, куда пациент должен был засунуть палец, а затем сообщить о своих ощущениях. Если палец немел, то пациент был внушаемым, если нет – то не сильно внушаемым. Сейчас такое устройство может показаться смешным, но оно отражало умонастроения той эпохи: знакомые с магнитом ученые предполагали, что магнитные поля могут воздействовать и на людей, а гипнотизеры тех лет часто назывались магнетизерами.


Гипноскоп.jpg

Один из вариантов гипноскопа


Телефония

Помимо психологических занятий, Юлиан продолжил свои опыты с микрофоном в мастерской своего знакомого Бруно Абакановича. В результате этих опытов появлялись конструкции, которые изумляли современников. На Венской выставке микрофон с железными опилками Охоровича произвел сенсацию. В этом микрофоне между мембраной и полюсами магнита располагались железные опилки, расположенные вдоль силовых линий магнитного поля и создающие электропроводящие дорожки. Движение диафрагмы под действием звуковых волн вызывало изменение положения опилок, а значит и сопротивления проводящих путей.

Другим изобретением Охоровича стал термомикрофон. Все микрофоны нагревались при использовании, но этот прогрев, который искажал звук в других микрофонах той эпохи, улучшал чувствительность нового термомикрофона. По телефону Охоровича французский министр почт и телеграфов Адольф Луи Кошри (Adolphe Louis Cochery) слушал оперу «Фауст», которую исполняли за 4 километра от слушателя. После этого Кошри представил польского гения президенту Франции Жюлю Греви (Jules Grévy). Болеслав Прус с горечью писал, что такой чести удостоился поляк, которого презирали в провинциальном университете. Во Франции технология Охоровича была запатентована, и фирма Абакановича стала производить телефоны его конструкции, и они работал на французских линиях связи еще два десятка лет.

В ходе своих опытов Юлиан изобрел микрофон с двумя мембранами, который могли испробовать все гости Варшавской промышленно-аграрной выставки. В павильоне Абакановича посетители могли выслушать музыку, переданную за версту от него. Микрофон удостоился большой золотой медали выставки и отдельной статьи в журнале «Технический Обзор». В 1885 году во Франции Охорович ставил опыты с передачей звука на расстояние до 18 км, при этом качество звука оставалось превосходным. Телефоны Охоровича произвели фурор в Санкт-Петербурге. Его аппараты обеспечивали связь между Петербургом и Бологое на расстоянии 320 км! Правда, попытки внедрить изобретения Юлиана на линии Москва-Петербург не увенчались успехом, так как на столь дальних дистанциях качество звука ухудшалось.


Микрофон Охоровича.png

Рисунок двухмембранного микрофона Охоровича


Спиритические сеансы

После многих лет разъездов Юлиан Охорович вернулся в Варшаву, но встретили его там отнюдь не приветливо. В 1888-1889 гг. Юлиан проводил публичные лекции, на которых рассказывал о влиянии самовнушения на распространение холеры, за что получил резкую отповедь от варшавских докторов. У него пытались отозвать лицензию на врачебную практику, и даже друзья, сотрудничавшие с ним в позитивистских изданиях, отвернулись от Юлиана. Тем не менее, он произносил речи и даже порой занимал место председателя на съездах психологов. Злопыхатели Охоровича подшучивали, что ему удавалось загипнотизировать членов комитета.

Мало того, что его занятия гипнотизмом порицались научным сообществом, Юлиан решил пойти еще дальше и стал проводить медиумистические сеансы. Он отрицал спиритуализм, но считал, что нервная и мускульная энергия человека могут вырваться в пространство под влиянием воображения. Подобные состояния человека Юлиан называл «моноидеистическими», а свои научные доклады об «идеопластии» он поведал Французскому биологическому обществу еще в 1884 году.

Для развития своей научной работы и демонстрации результатов Юлиан стал проводить спиритические сеансы с Евсапией Палладино (Eusapia Palladino), которая уже была знаменита тем, что на ее встречах бывал сам известный криминалист Чезаре Ломброзо, а во время ее сеансов столы начинали левитировать. После сеансов в Италии Юлиан решил привезти ее в Варшаву для исследования феномена и ознакомления публики. Ажиотаж, скандалы, интриги и расследования начались еще со времени поездки Охоровича в Италию, а когда он стал собирать деньги на ее поездку в Варшаву, все поляки встали на уши. И суток не проходило без крамольной статьи в какой-нибудь газете, без обсуждений и пересудов.

Кабинет для спиритических сеансов был превращен в лабораторию. Туда допускались любые измерительные приборы, доктора осматривали Евсапию перед каждым сеансом, а еще туда был приглашен фокусник Владислав Рыбка (Władysław Rybka), чтобы он мог при желании обнаружить и разоблачить любые трюки.


Палладино. Левитация стола.png

Палладино. Левитация стола


Как бы ни старался Юлиан провести кристально чистые эксперименты, проблемы начались незамедлительно. Евсапия всегда требовала выключать яркий свет и оставлять помещение затемненным, часто требовала удалить неугодных ей людей из кабинета и наотрез отказывалась двигать силой мысли отдаленные предметы, а передвигала только близко расположенные к ней. Конечно же, это дало повод для обвинений в грязных трюках, использовании физического воздействия, тонких нитей и т.д.


Висленский курорт

После «Евсапиады» Юлиан Охорович решил переехать в Вислу (Wisła), небольшое местечко в Галиции, где бы он мог отдохнуть от столичной суеты. Там он немедленно вложил средства в строительство летних домов для отдыха и намеревался сдавать их в аренду. Он всячески способствовал развитию этого местечка, намереваясь превратить его в курорт. Там Юлиан основал туристическое общество, вложился в развитие местной библиотеки. Только там у Юлиана появилось время для описания опытов с Евсапией Палладино, как и для систематического описания других своих научных работ.

Но опыты продолжались, на сей раз со Станиславой Томчук (Stanisława Tomczyk), которая утверждала (или считала), что ее действиями управляет таинственное существо по имени «Стася». Во время своих сеансов она часто заставляла левитировать предметы. Иногда на фотографиях этих опытов можно было заметить контуры тонкой нити, которые Юлиан считал проявлениями идеопластии, а кто-то электрической искрой.


Наследие

На склоне лет Юлиан Охорович состоял в различных научных обществах и был очень известен среди исследователей паранормальных явлений. Он стал прообразом для персонажей книг Болеслава Пруса и Сенкевича.

Юлиан размышлял не только о сознании человека, но и о будущем своей страны. Он углублялся в изучение польской истории, и в своих философско-исторических рассуждениях обличал аристократический характер польского правления, отсутствие единения и бесконечные сеймы. По мнению Юлиана, для возрождения Царства Польского нужно было единство и готовность пойти на жертвы ради общего дела.

Умер Юлиан Охорович в 1917 году.

Потомки чтят его память, а в Висле, на улице Юлиана Охоровича, был открыт Музей магического реализма. Само это название идеально подходит для того, чтобы поведать о жизненном пути Юлиана: все, что люди считали магией, он стремился изучить и приспособить на пользу человечеству.

Список литературы:

  1. Bobrowska-Nowak, W. Julian Ochorowicz na drogach i bezdrożach psychologii. Kwartalnik historii nauki i techniki, nr 1, 1971.

  2. Cedro-Abramczyk, Katarzyna. Działalność społeczna i naukowa Juliana Ochorowicza w okresie pobytu w Wiśle: (na podstawie dzienników i rękopisów J. O.). Almanach Historyczny. T. 18 (2016), s. 127-141 1642-4530.

  3. Dąbrowski, Krzysztof. Krótka historia przetworników elektroakustycznych w XIX wieku. Kwartalnik Historii Nauki i Techniki, 2019, Numer 3, s. 81–91.

  4. Drabarek, Anna. On national character and patriotism. An analysis of the views of Julian Ochorowicz. Studia Philosophiae Christianae, 55(3), 57-80. 2019. https://doi.org/10.21697/spch.2019.55.3.03

  5. Drop, Katarzyna. Przegrane batalie Juliana Ochorowicza. Przegląd Psychologiczny, 2010, Tom 53, nr 3, 279-290.

  6. Hess, Karolina Maria “The Idea of Ideoplasty and Occult Phenomena in the Theoretical and Empirical Research of Julian Ochorowicz.” Preternature: Critical and Historical Studies on the Preternatural 7, no. 2 (2018): 239.

  7. Inżynierowie polscy w XIX i XX wieku. Tom VII. Pod redakcją Józefa Piłatowicza. Polskie Towarzystwo Historii Techniki. Warszawa. 2001.

  8. Łagosz, Zbigniew. “Zbigniew Łagosz, Julian Ochorowicz-Naukowy Buntownik Pozytywizmu [w:] ‘Fronda Lux’ nr100/101/2021, Ss. 289-299.” Fronda Lux (2021).

  9. Lekan-Mrzewka, Joanna. Julian Ochorowicz, sprawa lwowskiej fundacji Macierz Polska i „nasze osobnictwo”. Wydawnictwo IBL PAN. Napis XXVII. Warszawa. 2021.

  10. Nowy telefon dra J. Ochorowicza. „Przegląd Techniczny” 1885, T. XXII, s.19- 21.

  11. Obarska, Marcelina. Lewitujące nożyczki w Wiśle: Julian Ochorowicz i mediumizm. 27 kwi 2022. https://culture.pl/pl/artykul/lewitujace-nozyczki-w-wisle-julian-ochorowicz-i-mediumizm.

  12. Ochorowicz, Julian. Psychologia, pedagogika, etyka: przyczynki do usiłowań naszego odrodzenia narodowego. Ser. 1. Warszawa: skł. gł. Księgarnia M. Arct, 1917.

  13. Skała, Agata Beata. Aksjomaty i mistyfikacje, czyli o świetle i ciemnej stronie poznania. Szkic do portretu Juliana Ochorowicza. W: Ethos: kwartalnik Instytutu Jana Pawła II KUL. R. 30, nr 3 (2017), s. 293-309.

  14. Surman, Jan. (2022). Julian Ochorowicz's experiments with Eusapia Palladino 1894: The temporality of mass media and the crisis of local credibility. Journal of the History of the Behavioral Sciences, 58, 24–41. https://doi.org/10.1002/jhbs.22119


Иванов Александр

хранитель Музея истории телефона